Жизнь православных святых. Жития православных святых

ЧТЕНИЕ ЖИТИЙ СВЯТЫХ

Не вдавайтесь в многотрудное чтение, это совсем не полезно. Самым поучительным чтением являются Жития святых; здесь не дается теоретических знаний, но представляются живые примеры подражания Христу Спасителю. Святые да будут вашими наставниками, не имейте других учителей, чтобы не смущаться духом, особенно таких, которые стараются отвлечь от Православной Церкви, бегайте от таких наставников.

Например, чтение Житий святых. Когда мы их читаем, хотя бы житие св. вмчц. Екатерины, то Святая начинает молиться за такого человека пред престолом Божиим, а молитва святых, конечно, немаловажна. Может быть, какая-нибудь душа была на краю погибели, но читая Жития святых, она привлекла их молитву за себя и была спасена. Приобретите эти книги: они уж не так дорого стоят, на другие и больше выходит, а благодаря чтению их мы приобретаем огромную пользу.

Научиться бороться со своими страстями очень важно и даже необходимо. Лучшим руководством в этом будет для вас чтение Житий святых. Мир давно уже его оставил, но не сообразуйтесь с миром, и это чтение много утешит вас. В Житиях святых вы найдете указания, как вести брань с духом злобы и остаться победителем. Да поможет вам Господь.

Вам я всегда советовал и советую читать Жития святых, и вы найдете в этом чтении великое утешение. Ваши скорби покажутся вам ничтожными по сравнению с теми, что претерпевали святые. Читая Жития святых, у вас явится желание, по возможности, подражать им. Вам захочется молиться и просить у Господа помощи, и Господь поможет.

В миру чтения Жития святых, а в особенности на славянском языке, совсем оставили; вы же не сообразуйтесь с обычаями века сего, а занимайтесь этим спасительным чтением.

Монашество... сколько раз у нас заходила речь о нем, а всегда я советую, если уж самим не вступать в монастырь, то, по крайней мере, читать описания жизни святых монахов и преподобных. Они нас могут многому научить.

Смотрит на нас теперь и мир злых духов и уже кует оковы, желая разрушить слова грешного Варсонофия, но не бойтесь! Господь спасет нас от их злой силы. Читайте Св. Писание, Евангелие, Послания, а также Жития святых. Великое значение имеет это чтение, но вот что грустно: Жития святых печатаются, может быть, некоторыми приобретаются, но большинство их не читает. А между тем, какую пользу можно извлечь из этого чтения! В нем найдем мы ответы на многие наши вопросы, они научат нас, как выйти из затруднительного положения, как устоять, когда мрак со всех сторон окутывает душу, так что кажется, будто и Бог нас оставил.

Какие пустейшие книжонки даются детям для прочтения и губят юные души. Чтение же Житий святых наполняет их чистые души светом. Ведь и слово «святой» произошло от слова «свет», так как святые разливают Свет Христов вокруг себя. Читая Жития святых, не получишь знаний по физике, химии, но зато научишься углубляться в себя, как познать самого себя. Есть ученейшие люди, которые, кажется, всесторонне образованны, но не имея веры, они совсем не знают и души своей.

Вспоминается мне мое детство. Жили мы в селе. Родители мои были людьми верующими. Отец обыкновенно по праздникам до обеда читал вслух житие какого-нибудь святого. Помню, мне не было и 7 лет, но я с увлечением слушал отца. Запущу, бывало, ручонки в русые кудри и боюсь слово проронить из того, что читает отец.

— Папаша, - говорю я ему, - я хочу быть святым. Только вот идти в печь или в котел с оловом больно.

— Можно сделаться святым и иначе.

— Некогда мне с тобой разговаривать, - отвечает отец и продолжает чтение.

Помню, как загоралась душа моя от этого чтения. Был я тогда еще маленьким, и душа была чиста. Чтение имело большое значение для моей последующей жизни. Теперь я, хотя и недостойный, но все-таки инок. Семья наша была православная: и посты все соблюдали, и в церковь ходили. Жаль, что теперь все постановления Церкви нарушают, оттого так портятся дети и вырастают часто совсем негодными.

Когда я был уже офицером, то в моде были сочинения Шпильгагена. Однажды уговорили меня прочесть «От тьмы к свету». Начал я читать и разочаровался. Все там только тьма, герои и героини тоже исполнены мрака; когда же явится свет-то, думал я, но читал, читал, так до света и не дочитал, все одна только тьма. Оставил я эту книгу недочитанной. Вхожу я однажды в комнату денщика дать ему некоторые распоряжения: вижу, он спит, а на столе, рядом с ним, пятачковая книжечка о Филарете Милостивом. Заинтересовался я ею, разбудил денщика, чтобы он открыл двери, если кто придет, а сам взял книжечку и вышел в сад. С первых же страничек я не мог удержаться от слез и с большою охотою прочитал (я вообще читал скоро) всю повесть. Отдал книжечку денщику. Он улыбается:

— Понравилась ли вам книжечка?

— Очень понравилась, - отвечаю, - читал с удовольствием.

— Шпильгагена? Ну, что, понравилась?

— Где уж нравиться, прочел одну страничку, ничего не понял, прочел другую, тоже, ну и бросил.

— Да и мне она не по вкусу, твоя лучше.

— Так зачем же вы читаете?

— Да, - заключил глубокомысленно мой денщик, - там одна пустота.

И он был прав.

Я читал много светских и книг, и, большею частью, в них, действительно, одна пустота. Правда, блеснет иногда что-то, как будто отдаленная зарница, и скроется, да и опять мрак. Нынешняя же литература всяких Андреевых и Арцыбашевых совсем уж ничего полезного и утешительного не дает ни уму, ни сердцу. Страшно становится за молодое поколение, которое воспитывается на подобных литературных отбросах. И поэзия, и художество сильно влияют на душу человека и облагораживают ее. Например, талантливо исполненная картина, особенно, если имеет сюжетом что-либо высокое, случается даже, что перерождает душу человека, конечно, по благодати Божией.

Святоотеческие творения

Сочинения еп. Игнатия (Брянчанинова) необходимы, они, так сказать, азбука, слоги. Сочинения же еп. Феофана Вышенского - суть уже грамматика, они глубже. Их даже Преуспевшие читают с некоторым затруднением...

Сегодня, подписывая книгу одной моей духовной дочери, под заглавием «Невидимая брань» и выставляя дату 6 января, вспомнил, что это как раз день смерти епископа Феофана, который перевел эту книгу с греческого языка на русский.

Епископ Феофан перевел ее не дословно, но передал дух этой книги, подобно Жуковскому, который, переводя Шиллера, так проникался духом этого поэта, что перевод трудно было отличить от оригинала.

5-й том сочинений еп. Игнатия, заключает в себе учение свв. отцов применительно к современному монашеству и научает, как должно читать писания свв. отцов. Очень глубоко смотрел еп. Игнатий и даже, пожалуй, глубже в этом отношении еп. Феофана. Слово его властно действует на душу, ибо исходит из опыта...

«Отечник» еп. Игнатия (Брянчанинова)

Это хорошо вы сделали, что стали читать эту книгу. Она составлена так: еп. Игнатий выписывал то, что отвечало на волнующие иноческие вопросы. С этой стороны этот труд его незаменим. Многие недоумения сразу разрушаются какой-либо выпиской. Д.Н.

Творения Свщм. Петра Дамаскина

Эта книга глубже аввы Дорофея. Еще бы, авва Дорофей - это азбука монашеской жизни, хотя читая ее, можно открывать все новое и новое, и для каждого она является сообразной его состоянию. Она имеет берег, и от берега можно ходить сначала по колена, потом глубже и глубже. Иной - сразу в глубину.

В этой книге есть непонятные таинственные места. Там увидите, как святые начинали познавать смысл видимой природы. Им дела нет до видимого механизма вещей, а смысл их они понимают. Подобно тому, как мы пользуемся часами, и нам никакого дела нет до устройства механизма и химического состава их. Или, мы пробуем яблоко, ощущаем приятный вкус и не заботимся о том, какой его химический состав... Святые, действительно, начинают познавать смысл видимой природы.

Описание мира невидимого нужно понимать духовно, а не буквально

Все это надо духовно понимать, это только намек на самую действительность, а некоторые, не понимая, что здесь все в высшем духовном смысле сказано, соблазняются. Например, на небе пред Престолом Бога завеса, которая раздвигалась, когда подошла к ней блаженная Феодора... Конечно, это надо понимать в духовном смысле. Подобно тому, как говорят, что у евреев было на глазах покрывало, - ведь не значит это, что действительно над ними было некое вещественное покрывало. Или еще говорят про серафимов, что они закрывали лица крыльями. Какие же могут быть у них крылья? Это значит, что они не могут видеть всей славы Божией...

ЧУДЕСА

Однажды, когда мне было лет шесть, был такой случай: мы жили на даче в своем имении под Оренбургом. Наш дом стоял в огромном саду - парке и был охраняем сторожем и собаками, так что проникнуть в парк незаметно постороннему лицу было невозможно.

Однажды мы гуляли с отцом по парку, и вдруг, откуда ни возьмись, перед нами появился какой-то старец. Подойдя к моему отцу, он сказал: «Помни, отец, что это дитя в свое время будет таскать души из ада». Сказав это,

За год до моего поступления в Скит, на второй день Рождества Христова, я возвращался от ранней обедни. Было еще темно, и город только что начал просыпаться. Вдруг ко мне подошел какой-то старичок, прося милостыню. Схватился я, что портмоне не взял с собою, а в кармане всего двадцать копеек. Дал я их старику со словами: «Уж прости, больше нет с собою». Тот поблагодарил и подал мне просфору. Я взял ее, опустил в карман и хотел только что-то сказать нищему, как его уже не было. Напрасно я смотрел повсюду, он исчез бесследно. На другой год в этот день я уже был в Скиту.

Если посмотреть на жизнь внимательно, то вся она исполнена чудес, только мы часто не замечаем и равнодушно проходим мимо них. Да подаст нам Господь разум внимательно проводить дни своей жизни, со страхом и трепетом свое спасение содевающе.

Рассказывал мне бывший игумен Мещовского монастыря о. Марк, живущий ныне на покое в Оптиной Пустыни: - «Помню, это было, кажется, в 1867 году. Был я сильно болен и не чаял, что поднимусь. В это время жил я в Оптиной. Вижу однажды, как бы в тонком сне, будто стою на поляне, что около Козельска, и против трех Церквей. Восходит солнце. С правой и с левой стороны стоят подле меня какие-то существа. Замечаю, что солнце, видимое мною, есть икона, стоящая на чердаке Вознесенской Церкви. На вопрос мой к тому, который стоял около меня с левой стороны, тот ответил: «Я - Георгий! Икона, видимая тобою, есть икона Ахтырской Божией Матери». Проснувшись, передал об этом о. Амвросию. Начались розыски по всем Церквам г. Козельска, но иконы Ахтырской Божией Матери нигде не находили. Искали и в Вознесенской Церкви. После долгих и безуспешных поисков священник той Церкви о. Димитрий открыл сию икону на чердаке Церкви, лежащую в пыли и мусоре. Святая икона была тогда же принесена торжественно в Оптину, а я, приложившись к ней после молебна, получил облегчение от недуга и вскоре выздоровел совершенно».

Многие были после сего чудеса от сей иконы с верою приходившим к ней. По сие время св. икона сия находится в Вознесенской Церкви г. Козельска и почитается жителями как чудотворная.

Когда я возвращался из Манчжурии по железной дороге, то ночью захотелось мне уединиться, - взгрустнулось ли мне, или еще что, я уже не помню. Пошел я в прихожую вагона, если так можно выразиться, я разумею ту маленькую комнатку, которых обыкновенно бывает в каждом вагоны две: спереди и назади; в них бывает по 4 двери: одна ведет в вагон, другая на площадку в следующий вагон, а две направо и налево для выхода пассажиров. Вышел я и облокотился на одну дверь и думаю: «Слава Тебе, Господи. Еду я опять в дорогую Оптину». И захотелось пойти к противоположной боковой двери, иду и вдруг, словно силой какой, меня оттолкнуло. Остановился посредине и, вглядевшись увидел, что дверь отодвинута вбок (там двери такого устройства), чего я не заметил в темноте, а хотел облокотиться на нее. И что было бы... Господь спас...

ЮРОДИВЫЕ, БЛАЖЕННЫЕ

Скитский рясофорный монах о. Афанасий рассказывал мне о некоем рабе Божием Христа ради юродствовавшем, следующее. Звали его Сергей Николаевич. Юродствовал в городе Ливнах Орловской губ. Происходил из крестьян. Скончался он 70 лет от роду. Ходил всегда в рубище и проводил жизнь странническую. Живя в миру, о. Афанасий занялся однажды ссыпкою хлеба. Дело было выгодное. Привозит он как-то хлеб в Ливны в воскресенье утром и продает купцу. Сторговались и покончили дело. В то время, бывший у купца Сергей Николаевич, входит к ним и на слова о. Афанасия сказать ему что-нибудь, говорит: «Грех купцав руки брать!» Слов этих он тогда не понял. Объяснили их смысл впоследствии ливенские монахи, - то есть, что грешно торговать в праздники.

Тот же юродивый зашедши к одному ливенскому купцу, нагадил у него в переднем углу. Вскоре после этого с купцом случилось великое несчастье - засыпало в его колодце обвалившимся срубом двух мужиков. Наехал суд и пришлось купцу раскошеливаться.

Видели также Сергея Николаевича, как однажды он перешел через речку по дну ее, скрывшись под водой. Также говорил одной девочке, дочери одной бедной вдовы-мещанки в Ливнах: «Мы с тобою вместе умрем!» Так и случилось. Когда девочка эта умерла, юродивый пришел ко вдове, сел по правую сторону ее гробика и скончался. Хоронили их вместе в один день. Вынесли их в 8 часов утра из городской Церкви, а на кладбище принесли к вечеру. Все время на пути служили панихиды. Народу было множество, почти весь город собрался хоронить праведников.

Рассказывал мне сегодня 22 января 1896 года о. Димитрий-художник, скитский монах, что недавно в Шамордино приходил живущий в селе Хлопове, верстах в 30 от Шамордина, юродивый Иоанн. Пришел в келью к монахине Ольге, у которой дочь больна чахоткой. Знаками показал, что нужно ей пособороваться и готовиться к смерти. Потом потребовал ключ от запертой шкатулки, и когда оная была отперта по его требованию, вынул лежащий там образ-благословение больной от о. Амвросия. Образ поставил на божницу и велел теплить пред ним неугасимую лампаду. Затем ушел.

Блаженные. Блаженная Аннушка

Когда я вошел, она начала быстро раздеваться, начала снимать даже рубашку, так, что стала видна даже грудь: я отвернулся. Она говорит: «Дай мне тот зеленый кафтан». Я подал ей кафтан, висевший на стене. Надев его, она стала говорить: «Видишь, какая я стала красивая, видишь?» Для меня это было совершенно не понятно... А это значило, что мне надо было обновить свою душу. Наконец, я спросил у нее: «Чем же у меня все кончится?» Она взяла и завернулась с головой в кафтан и так села. Я вышел от нее, когда она была все еще в таком состоянии. Я ничего не понял и спросил об этом. Мне сказали, что это обозначает монашество. А тогда я еще и не думал идти в монастырь. Вначале я боялся идти к ней, думая, что может быть это и прелесть бесовская. Но меня уверяли духовные люди, что это действительно истинно-блаженная душа. Когда я был у нее, она лежала на своей кровати из трех тесинок, покрытых войлоком, уже 40 лет: у нее был паралич ног.

Была она круглая сирота, а за ней ходила какая-то старушка. Бедна до последней степени, но зато чиста была вся обстановка ее комнатки.

Блаженный Иванушка

Домашние считали его за дурачка, но народ уважал и любил его. Однажды он прибежал на сенокос. Его спрашивают: «Что тебе надо, Иванушка?». А он тут же побежал по направлению реки Жиздры. В этом самом месте был крутой обрыв и одно из самых глубоких мест реки. Смотрят - пропал. Все думали, что он утонул. Что делать? А он, пройдя под водою до другого берега, вышел из воды, поклонился всем и ушел. Летом его отпускали, а зимой привязывали за ногу.

Я был тогда еще военным, хотя не в форме. Вхожу, а Иванушка говорит:

— Батюшка пришел.

Ему говорят:

— Это не Батюшка, - думая, что он ошибся. А Иванушка опять:

— Батюшка пришел.

Потом велел мне взять плетку и хлестать «кощенку».

— Видишь, она за тобой бегает? Ну-ка ее так, хорошенько ее, так.

Я хлестал по воздуху, ничего не понимал. Он продолжал:

— А, убежала. Что? Ах, она кощенка.

Тогда было 3 часа пополудни, начиналась заря. Я стал с ним прощаться. Он обратился к окну прямо на Оптину Пустынь на зарю, и стал смотреть. Что он видел, не знаю, он, конечно, мне этого не сказал. Но видно было, что он видит дивное видение. Так я и ушел от него.

Святые - это христиане, с наибольшей полнотой осуществившие в своей жизни заповеди Христа о любви к Богу и ближнему. Среди святых были Апостолы Христовы и равноапостольные проповедники Слова Божия, преподобные монахи, праведные миряне и священники, святители-епископы, мученики и исповедники, страстотерпцы и бессребреники.

Святость - отличительное свойство Человека, созданного по образу и подобию Божию. Святые, прославленные Церковью и почитаемые народом Божиим, не имеют духовной иерархии. Установление церковного почитания подвижников веры и благочестия обычно следует за почитанием народным. В церковной традиции процедура прославления в лике святых усопшего подвижника сформировалась постепенно. В древнехристианской Церкви канонизации, т. е. установления почитания святого, не было, она возникла позже как реакция на проявления ложного благочестия уклонившихся в ересь.
Необходимо отметить, что акт канонизации не определяет небесной славы святых, он включает их в четкий годовой литургический круг и тем самым всех призывает почитать святых в форме общественного богослужения. Отличие канонизированных святых от неканонизированных и вообще от усопших литургически состоит в том, что святым служат молебны, а не панихиды. Единение Церкви Небесной и земной происходит в молитве, тайна жизни вечной сокрыта в этом единении. Заступничество и помощь святых является свидетельством, что Христос есть Путь и Истина.

История составления житийных текстов.

Еще апостол Павел говорил: «Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13, 7). Согласно этой заповеди, Святая Церковь всегда тщательно сохраняла память о своих святых: апостолах, мучениках, пророках, святителях, преподобных и праведных, их имена внесены в церковный Диптих на вечное поминовение.
Первые христиане записывали события из жизни первых святых подвижников. Затем эти повествования стали собирать в сборники, составленные по календарю, то есть, по дням почитания памяти святых. Мученические акты, патерики, лимонарии, синаксари, прологи, Четьи-минеи – первые тексты, повествующие нам о христианском подвиге святых угодников Божиих. Над собранием житий святых много лет трудился святитель Димитрий Ростовский; написаны они были в конце 17-го века, издавались с 1711 по 1718 годы. Так же стоит вспомнить: Великие Четьи-Минеи святого митрополита Московского Макария, собиранию которых он отдал 12 лет. Прославлению угодников Божиих посвятили свой словесный дар известные Нестор Летописец, Епифаний Премудрый, Пахомий Логофет.

Как иначе называются жития.

Жития святых по другому называют Четьи-минеи – книги для чтения, где жития изложены по календарю на каждый месяц каждого года ("минеи" по-гречески – "длящийся месяц"). В Жития святых святитель Димитрий Ростовский, помимо жизнеописаний, включил описания праздников и поучительные слова на события жизни того или иного святого. В дальнейшем над сборником Житий святых работали ещё некоторые церковные авторы, дополняя и исправляя творение святителя Димитрия. На современном русском языке Четьи-минеи были изданы только в 1900 году. Существуют также современные избранные жития святых, в том числе, местночтимых; также – подробные жития угодников Божиих, подвизавшихся в известных обителях. Мы предлагаем для прочтения жития наиболее известных и почитаемых всей Православной Церковью святых.

Как читать жития.

Жития были любимым чтением на Руси. Человек современный в массе своей немного знает о святых; в лучшем случае, носитель определенного имени знает, что оно есть в святцах; имеет (иногда) представление о месте, где жил святой. Но понятия подвижничества, чина святости, прославления и почитания неведомы для большинства. Можно сказать, что грамотный и даже образованный человек не только разучился читать духовные книги, но и не читает их совсем. Церковное предание стремятся превратить в памятник письменности и культурное наследие. Уже давно с легкой руки исследователей-атеистов живое слово, питавшее христиан, причисляется наукой к корпусу византийской или древнерусской литературы. Историко-филологические комментарии к житиям пестрят замечаниями о недостаточности фактов и о мифотворческой тенденциозности. От житийных произведений ждут литературности и историзма, упуская из виду, что главным их содержанием является тайна святых. Но ценность собирания и изложения сведений о святых - не в литературно- стилистических достижениях, а в указании пути к святости.
Жития святых, и краткие, и пространные, - памятник духовной жизни и уже по одному этому - поучительное чтение. В нашей стране всеобщей грамотности, когда отдается предпочтение книгам иного толка, даже при чтении житийной литературы за буквой видят только сообщаемый факт, но не проникаются благодатным духом подвижничества. Жития были и остаются животворящим источником, многосодержательным чтением для всех и каждого, а не застывшим памятником церковной литературы. В них перед взором читателя вереницей проходят примеры поистине великого благочестия: самоотверженный подвиг ради Господа; образцы смирения и послушания, терпения в напастях житейских, глубокого сокрушения в грехах и искреннего покаяния. Припав к духовному житийному источнику не как к церковной литературе, а как к святоотеческому преданию, каждый поучается укрепляющей вере, утешается в горестях, радуется и обретает путь к спасению.

Месяц январь

Память 1 января

Слово на Обрезание Христово

Господь наш Иисус Христос, по истечении восьми дней от рождения, соизволил принять обрезание. С одной стороны Он принял его для того, чтобы исполнить закон: «не нарушить закон пришел Я, – сказал Он, – но исполнить» (Мф.5:17); ибо Он повиновался закону, дабы освободить от него тех, кто пребывал в рабском подчинении ему, как говорит апостол: «Бог послал Сына Своего, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных» (Гал.4:5). С другой стороны, Он воспринял обрезание для того, чтобы показать, что Он принял действительно плоть человеческую, и чтобы заградились еретические уста, говорящие, что Христос не принял на Себя истинной плоти человеческой, но родился только призрачно. Итак, Он был обрезан, чтобы явно было Его человечество. Ибо, если бы Он не облекся в нашу плоть, то как мог быть обрезан призрак, а не плоть? Святой Ефрем Сирин говорит: «Если Христос не был плотью, то кого обрезал Иосиф? Но как Он был воистину плотью, то и обрезан был как человек, и младенец обагрялся действительно Своею кровью, как сын человеческий; Он болел и плакал от боли, как подобает имеющему человеческую природу». Но, кроме того, Он принял плотское обрезание и для того, чтобы установить для нас духовное обрезание; ибо, закончивши ветхий, касавшийся плоти, закон, Он положил начало новому, духовному. И как ветхозаветный плотской человек обрезывал чувственную свою плоть, так новый духовный человек должен обрезывать душевные страсти: ярость, гнев, зависть, гордость, нечистые желания и другие грехи и греховные вожделения. Обрезан же был Он на восьмой день потому, что предизображал нам кровью Своею грядущую жизнь, которая обыкновенно учителями Церкви называется восьмым днем или веком. Так писатель канона на обрезание Господне святой Стефан говорит: «будущаго непрестанною осмаго века жизнь изображает, в нюже Владыка обрезася плотию». И святой Григорий Нисский так говорит: «Обрезание по закону должно было совершаться в восьмой день, причем восьмое число предуказывало на восьмой будущий век. Подобает также знать, что обрезание в Ветхом Завете было установлено во образ крещения и очищения прародительского греха, хотя тот грех и не очищался совершенно обрезанием, чего и не могло быть до тех пор, пока Христос добровольно не пролил за нас в страданиях Своей пречистой крови. Обрезание было только прообразом истинного очищения, а не самым истинным очищением, которое совершил Господь наш, взяв грех от среды и пригвоздив его на крест, а вместо ветхозаветного обрезания установив новое благодатное крещение водою и Духом. Обрезание было в те времена как бы казнью за прародительский грех и знаком того, что обрезываемый младенец зачат был в беззаконии, как говорит Давид, и в грехе родила его мать его (Пс.50:7), отчего и язва оставалась на отроческом теле. Господь же наш был безгрешен; ибо хотя Он и по всему уподобился нам, но не имел на Себе греха. Подобно тому, как медный змий, сооруженный в пустыне Моисеем, был по виду подобен змию, но не имел в себе змеиного яда (Числ.21:9), так и Христос был истинный человек, но непричастный человеческому греху, и родился, сверхъестественным образом, от чистой и безмужней Матери. Ему, как безгрешному и Самому бывшему Законодателем, не нужно бы и претерпевать того болезненного законного обрезания; но так как Он пришел взять на Себя грехи всего мира и Бог, как говорит апостол, не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех (2 Кор.5:21), то Он, будучи без греха, претерпевает обрезание, как бы грешник. И в обрезании Владыка нам явил большее смирение, нежели в рождении Своем. Ибо в рождении Он принял на Себя образ человека, по слову апостола: «сделавшись подобным человекам и по виду став как человек» (Флп.2:7); в обрезании же Он принял на Себя образ грешника, как грешник претерпевая боль, положенную за грех. И в чем не был виновен, за то Он страдал как невинный, как бы повторяя с Давидом: «чего я не отнимал, то должен отдать» (Пс.68:5), т. е. за тот грех, коему я непричастен, принимаю болезнь обрезания. Обрезанием, им принятым, Он предначал Свои страдания за нас и вкушение той чаши, которую Он имел испить до конца, когда, вися на кресте, произнес: «Совершилось» (Иоан.19:30)! Он изливает теперь капли крови от крайней плоти, а затем она потоками будет истекать впоследствии из всего Его тела. Он начинает терпеть в младенчестве и приучается к страданию, чтобы, став мужем совершенным, быть в состоянии вынести более лютые страдания, ибо к подвигам мужества следует приучаться с юности. Жизнь человеческая, полная трудов, подобна дню, для которого утро составляет рождение, а вечер кончину. Итак, с утра, из пелен, Христос, обожаемый человек, выходит на дело свое, на труды – Он в трудах с самой юности Своей и на работу свою до вечера (Пс.103:23), того вечера, когда солнце померкнет и по всей земле будет тьма, до часа девятого. И возглаголет Он иудеям: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю» (Иоан.5:17). Что же соделывает нам Господь? – Наше спасение: «устрояющий спасение посреди земли» (Пс.73:12). А чтобы сделать это дело вполне совершенно, Он принимается за него с утра, от юности, начиная претерпевать телесную болезнь, а вместе и сердечно болезнуя о нас, как о Своих чадах, доколе не изобразится в нас Сам Он – Христос. С утра Он начинает сеять Своею кровью, чтобы к вечеру собрать прекрасный плод нашего искупления. Обожаемому Младенцу было наречено при обрезании имя Иисус, которое было принесено с неба Архангелом Гавриилом в то время, когда он благовестил о зачатии Его Пречистой Деве Марии, прежде чем Он зачат был во чреве, т. е., прежде чем Пресвятая Дева приняла слова благовестника, прежде чем сказала: «се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему!» (Лк.1:38). Ибо, при этих словах Её, Слово Божие тотчас стало плотью, вселившись в пречистую и пресвятейшую Её утробу. Итак, пресвятейшее имя Иисус, нареченное ангелом прежде зачатия, дано было при обрезании Христу Господу, что и служило извещением о нашем спасении; ибо имя Иисус значит – спасение, как объяснил тот же ангел, явившись во сне Иосифу и говоря: «наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их» (Мф.1:21). И святой апостол Петр свидетельствует об имени Иисусовом такими словами: «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян.4:12). Сие спасительное имя Иисус прежде всех веков, в Троическом Совете, было предуготовлено, написано и до сего времени было хранимо для нашего избавления, теперь же, как бесценный жемчуг, принесено было из небесной сокровищницы для искупления человеческого рода и открыто всем Иосифом. В этом имени открыты истина и мудрость Божия (Пс.50:8). Это имя, как солнце, озаряло своим сиянием мир, по слову пророка: «А для вас, благоговеющие пред именем Моим, взойдет Солнце правды» (Малах.4:2). Как благовонное миро, оно напоило своим ароматом вселенную: разлитое миро – сказано в Писании – от благовония мастей твоих (Песн.1:2), не в сосуд оставшееся миро – имя Его, но вылитое. Ибо пока миро хранится в сосуде, до тех пор и благовоние его удерживается внутри; когда же оно прольется, то тотчас наполняет воздух благоуханием. Неизвестна была сила имени Иисусова, пока скрывалась в Предвечном Совете, как бы в сосуде. Но как скоро то имя излилось с небес на землю, то тотчас же, как ароматное миро, при излиянии во время обрезания младенческой крови, наполнило вселенную благоухаем благодати, и все народы ныне исповедуют, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца. Сила имени Иисусова теперь открылась, ибо то дивное имя Иисус привело в удивление ангелов, обрадовало людей, устрашило бесов, ибо и бесы веруют, и трепещут (Иак.2:19); от того самого имени сотрясается ад, колеблется преисподняя, исчезает князь тьмы, падают истуканы, разгоняется мрак идолопоклонства и, вместо него, возсиявает свет благочестия и просвещает всякого человека, приходящего в мир (Иоан.1:9). О сем имени выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних (Флп.2:10). Это имя Иисусово есть сильное оружие против врагов, как говорит святой Иоанн Лествичник: «именем Иисуса всегда поражай ратников, ибо крепче этого оружия ты не найдешь ни на небе, ни на земле. Как сладко сердцу, любящему Христа Иисуса это драгоценнейшее имя Иисус! Как приятно оно тому, кто имеет его! Ибо Иисус – весь любовь, весь сладость. Как любезно это пресвятое имя Иисус рабу и узнику Иисусову, взятому в плен Его любовью! Иисус – в уме, Иисус – на устах, Иисус – где сердцем веруют к праведности, Иисус – где устами исповедуют ко спасению (Рим.10:10). Ходишь ли ты, сидишь ли на месте, или что работаешь – Иисус всегда находится пред очами. Ибо я рассудил, – сказал апостол, – быть у вас незнающим ничего, кроме Иисуса (1 Кор.2:2). Ибо Иисус для того, кто прилепляется к Нему, есть просвещение ума, красота душевная, здравие для тела, веселие сердцу, помощник в скорбях, радость в печалях, врачевство в болезни, отрада во всех бедах, и надежда на спасение и для того, кто Его любит, Сам есть награда и воздаяние».

Некогда, по сказанию Иеронима, неисповедимое имя Божие начерчивалось на золотой дощечке, которую носил на челе своем великий первосвященник; ныне же божественное имя Иисус начертывается истинною Его кровью, излиянною при Его обрезании. Начерчивается же оно уже не на золоте вещественном, а на духовном, т. е. на сердце и на устах рабов Иисусовых, как оно начертано было в том, о котором Христос сказал: «ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое» (Деян.9:15). Сладчайший Иисус хочет, чтобы имя Его как самое сладкое питие было носимо в сосуде, ибо Он воистину сладок всем, вкушающим Его с любовю, к которым и обращается псалмопевец с такими словами: «Вкусите, и увидите, как благ Господь» (Пс.33:9)! Вкусив Его, пророк вопиет: «Возлюблю Тебя, Господи, крепость моя» (Пс.17:2)! Вкусив Его и святой апостол Петр говорит: «Вот, мы оставили все и последовали за Тобою; К кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни» (Мф.19:27; Иоан.6:68). Сею сладостью для святых страдальцев настолько были услаждены их тяжкие мучения, что они не боялись даже и самой ужасной смерти. Кто нас, – вопияли они, – отлучит от любви Божией: скорбь, или опасность, или меч, ни смерть, ни жизнь, ибо крепка, как смерть, любовь (Рим.8:35, 38; Песн.8:6). В каком же сосуде неизреченная сладость – имя Иисусово любит быть носимой? Конечно, в золотом, который испытан в горниле бед и несчастий, который украшен, как бы драгоценными камнями, ранами, принятыми за Иисуса и говорит: «Ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем» (Гал.6:17). Такого сосуда требует та сладость, в таком имя Иисусово желает быть носимым. Не напрасно Иисус, принимая имя во время обрезания, проливает кровь; этим Он как бы говорит, что сосуд, имеющий носить в себе Его имя, должен обагриться кровью. Ибо когда Господь взял Себе избранный сосуд для прославления Своего имени – апостола Павла, то тотчас же прибавил: «И Я покажу ему, сколько он должен пострадать за имя Мое» (Деян.9:16). Смотри на Мой сосуд окровавленный, изъязвленный – так начерчивается имя Иисусово краснотою крови, болезнями, страданиями тех, кто стоит до крови, подвизаясь против греха (Евр.12:14).

Итак, облобызаем тебя с любовью, о сладчайшее Иисусово имя! Мы поклоняемся с усердием пресвятому Твоему имени, о пресладкий и всещедрый Иисусе! Мы хвалим Твое высочайшее имя, Иисусе Спасе, припадаем к пролитой при обрезании крови Твоей, незлобивый Младенец и совершенный Господь! Мы умоляем при сем Твою преизобильную благость, ради того Твоего пресвятого имени и ради Твоей драгоценнейшей изливаемой за нас крови, и еще ради Пренепорочной Твоей Матери, нетленно Тебя родившей, – излей на нас богатую Твою милость! Услади, Иисусе, сердце наше Самим Тобою! Защити и огради нас, Иисусе, всюду Твоим именем! Означай и запечатлевай нас, рабов Твоих, Иисусе, тем именем, дабы мы могли быть приняты в Твое будущее Царствие, и там вместе с ангелами славить и воспевать, Иисусе, пречестное и великолепное имя Твое во веки. Аминь.

Тропарь, глас 1:

На престоле огнезрачном в вышних седяй со Отцем безначальным, и божественным Твоим Духом, благоволил еси родитися на земли, от отроковицы, неискусомужныя Твоея Матере Иисусе: сего ради и обрезан был еси яко человек осмодневный. Слава всеблагому Твоему совету: слава смотрению Твоему: слава снизхождению Твоему, Едине человеколюбче.

Кондак, глас 3:

Всех Господь обрезание терпит и человеческая прегрешения яко благ обрезует: дает спасение днесь миру. Радуется же в вышних и Создателев иерарх, и светоносный божественный таинник Христов Василий.

Житие святого отца нашего Василия Великого, архиепископа Кесарийского

Великий угодник Божий и Богомудрый учитель Церкви Василий родился от благородных и благочестивых родителей в Каппадокийском городе Кесарии, около 330 года, в царствование императора Константина Великого. Отца его звали также Василием, а мать – Еммелией. Первые семена благочестия были посеяны в его душе благочестивой его бабкой, Макриною, которая в юности своей удостоилась слышать наставления из уст святого Григория Чудотворца – и матерью, благочестивой Еммелией. Отец же Василия наставлял его не только в христианской вере, но учил и светским наукам, который ему были хорошо известны, так как он сам преподавал риторику, т. е. ораторское искусство, и философию. Когда Василию было около 14-ти лет, отец его скончался, и осиротевший Василий два или три года провел с своею бабкою Макриною, невдалеке от Неокесарии, близ реки Ириса, в загородном доме, которым владела его бабка и который впоследствии был обращен в монастырь. Отсюда Василий часто ходил и в Кесарию, чтобы навещать свою мать, которая с прочими своими детьми жила в этом городе, откуда она была родом.

По смерти Макрины, Василий на 17-м году жизни снова поселился в Кесарии, чтобы заниматься в тамошних школах разными науками. Благодаря особой остроте ума, Василий скоро сравнялся в познаниях со своими учителями и, ища новых знаний, отправился в Константинополь, где в то время славился своим красноречием молодой софист Ливаний. Но и здесь Василий пробыл недолго и ушел в Афины – город, бывший матерью всей эллинской премудрости. В Афинах он стал слушать уроки одного славного языческого учителя, по имени Еввула, посещая вместе с тем школы двоих других славных афинских учителей, Иберия и Проэресия. Василию в это время пошел уже двадцать шестой год и он обнаруживал чрезвычайное усердие в занятиях науками, но в то же время заслуживал и всеобщее одобрение чистотою своей жизни. Ему известны были только две дороги в Афинах – одна, ведшая в церковь, а другая, – в школу. В Афинах Василий подружился с другим славным святителем – Григорием Богословом, также обучавшимся в то время в афинских школах. Василий и Григорий, будучи похожи друг на друга по своему благонравию, кротости и целомудрию, так любили друг друга, как будто у них была одна душа, – и эту взаимную любовь они сохранили впоследствии навсегда. Василий настолько увлечен был науками, что часто даже забывал, сидя за книгами, о необходимости принимать пищу. Он изучил грамматику, риторику, астрономию, философию, физику, медицину и естественные науки. Но все эти светские, земные науки не могли насытить его ум, искавший высшего, небесного озарения и, пробыв в Афинах около пяти лет, Василий почувствовал, что мирская наука не может дать ему твердой опоры в деле христианского усовершенствования. Поэтому он решился отправиться в те страны, где жили христианские подвижники, и где бы он мог вполне ознакомиться с истинно-христианскою наукою.

Итак в то время как Григорий Богослов оставался в Афинах уже сам сделавшись учителем риторики, Василий пошел в Египет, где процветала иноческая жизнь. Здесь у некоего архимандрита Порфирия он нашел большое собрание богословских творений, в изучении которых провел целый год упражняясь в то же время в постнических подвигах. В Египте Василий наблюдал за жизнью знаменитых современных ему подвижников – Пахомия, жившего в Фиваиде, Макария старшего и Макария Александрийского, Пафнутия, Павла и других. Из Египта Василий отправился в Палестину, Сирию и Месопотамию, чтобы обозреть святые места и ознакомиться с жизнью тамошних подвижников. Но на пути в Палестину, он заходил в Афины и здесь имел собеседование со своим прежним наставником Еввулом, а также препирался об истинной вере с другими греческими философами.

Желая обратить своего учителя в истинную веру и этим заплатить ему за то добро, которое он сам получил от него, Василий стал искать его по всему городу. Долго он не находил его, но, наконец за городскими стенами встретился с ним в то время, как Еввул беседовал с другими философами о каком-то важном предмете. Прислушавшись к спору и не открывая еще своего имени, Василий вступил в разговор, тотчас же разрешив затруднительный вопрос, и потом со своей стороны задал новый вопрос своему учителю. Когда слушатели недоумевали, кто бы это мог так отвечать и возражать знаменитому Еввулу, последний сказал:

– Это – или какой-либо бог, или же Василий.

Узнав Василия, Еввул отпустил своих друзей и учеников, а сам привел Василия к себе, и они целых три дня провели в беседе, почти не вкушая пищи. Между прочим Еввул спросил Василия о том, в чем по его мнению, состоит существенное достоинство философии.

– Сущность философии, – отвечал Василий, – заключается в том, что она дает человеку памятование о смерти.

При этом он указывал Еввулу на непрочность мира и всех утех его, которые сначала кажутся действительно сладкими, но за то потом становятся крайне горькими для того, кто слишком сильно успел к ним привязаться.

– Есть на ряду с этими утехами, – говорил Василий, – утешения другого рода, небесного происхождения. Нельзя в одно и то же время пользоваться теми и другими – «Никто не может служить двум господам» (Мф.6:24), – но мы все-таки, насколько возможно людям, привязанным к житейскому, раздробляем хлеб истинного познания и того, кто, даже по собственной вине, лишился одеяния добродетели, вводим под кров добрых дел, жалея его, как жалеем на улице человека нагого.

Вслед за этим Василий стал говорить Еввулу о силе покаяния, описывая однажды виденные им изображения добродетели и порока, которые поочередно привлекают к себе человека, и изображение покаяния, около которого, как его дочери, стоят различные добродетели.

– Но нам нечего, Еввул, – прибавил Василий, – прибегать к таким искусственным средствам убеждения. Мы владеем самою истиною, которую может постичь всякий, искренно к ней стремящийся. Именно, мы веруем, что все некогда воскреснем, – одни в жизнь вечную, а другие для вечного мучения и посрамления. Нам ясно об этом говорят пророки: Исаия, Иеремия, Даниил и Давид и божественный апостол Павел, а также Сам призывающий нас к покаянию Господь, Который отыскал погибшее овча, и Который возвращающегося с раскаянием блудного сына, обняв с любовью, лобызает украшает его светлою одеждою и перстнем и делает для него пир (Лк., гл.15). Он дает равное воздаяние пришедшим в одиннадцатый час, равно как и тем которые терпели тягость дня и зной. Он подает нам кающимся и родящимся водою и Духом то, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его.

Когда Василий передал Еввулу вкратце историю домостроительства нашего спасения, начав с грехопадения Адамова и закончив учением о Христе-Искупителе, Еввул воскликнул:

– О, явленный небом Василий, чрез тебя я верую в Единого Бога Отца Вседержителя, Творца всяческих, и чаю воскресения мертвых и жизни будущего века, аминь. А вот, тебе и доказательство моей веры в Бога: остальное время моей жизни я проведу с тобою, а теперь желаю рождения от воды и Духа.

Тогда Василий сказал:

– Благословен Бог наш отныне и до века, Который озарил светом истины ум твой, Еввул и привел тебя из крайнего заблуждения в познание Своей любви. Если же ты хочешь, – как ты сказал, – жить со мною, то я объясню тебе, каким образом нам заботиться о нашем спасении, избавляясь от сетей здешней жизни. Продадим все наше имение и раздадим деньги нищим, а сами пойдем в святой град видеть тамошние чудеса; там мы еще более укрепимся в вере.

Раздав, таким образом, нуждающимся все имение свое и купив себе белые одежды, какие требовалось иметь принимающим крещение, они пошли в Иерусалим и по дороге обращали многих к истинной вере.

– Много ты одолжил бы меня, Василий, – заключил он, – если бы не отказался изложить свое учение на пользу ученикам, у меня находящимся.

Вскоре собрались ученики Ливания, и Василий начал учить их, чтобы они стяжали душевную чистоту, телесное бесстрастие, скромную поступь, тихую речь, скромное слово, умеренность в пище и питии, молчание при старейших, внимательность к словам мудрых, повиновение начальникам, нелицемерную любовь к равным себе и к низшим, чтобы они отдалялись от злых, страстных и привязанных к плотским удовольствиям, чтобы меньше говорили и более слушали и вникали, не были безрассудными в слове, не были многоглаголивы, не смеялись бы дерзко над другими, украшались стыдливостью, не вступали в беседу с безнравственными женщинами, опускали очи долу, а душу обращали бы горе, избегали споров, не искали бы учительского сана, и почести этого мира вменяли бы ни во что. Если же кто сделает что-либо на пользу ближним, то пусть ожидает награды от Бога и вечного воздаяния от Иисуса Христа, Господа нашего. Так говорил Василий ученикам Ливания и те с великим удивлением слушали его, а после сего он вместе с Еввулом снова отправился в дорогу.

Когда они пришли в Иерусалим и обошли с верою и любовью все святые места, помолившись там Единому Создателю всего Богу, они явились к епископу того города, Максиму, и просили его окрестить их в Иордане. Епископ, видя их великую веру, исполнил их просьбу: взяв клириков своих, он отправился с Василием и Еввулом к Иордану. Когда они остановились на берегу, Василий пал на землю и со слезами молил Бога, чтобы Он явил ему какое-либо знамение для укрепления его веры. Потом, с трепетом вставши, он снял с себя свои одежды, а вместе с ними «отложил прежний образ жизни ветхого человека» , и, войдя в воду, молился. Когда святитель подошел, чтобы окрестить его, внезапно спала на них огненная молния и вышедший из той молнии голубь погрузился в Иордан и, всколыхнув воду, улетел на небо. Стоявшие же на берегу, увидев это, вострепетали и прославили Бога. Приняв крещение, Василий вышел из воды и епископ дивясь любви его к Богу, облек его в одежду Христова воскресения, совершая при сем молитву. Крестил он и Еввула и потом помазал обоих миром и причастил Божественных Даров.

Возвратившись в святой град, Василий и Еввул пробыли там один год. Потом они отправились в Антиохию, где Василий был поставлен архиепископом Мелетием в диакона, потом занимался изъяснением Писания. Немного времени спустя, он ушел с Еввулом в свое отечество, Каппадокию. Когда они приближались к городу Кесарии, архиепископу Кесарии, Леонтию, было возвещено в сновидении об их прибытии и сказано, что Василий со временем будет архиепископом этого города. Посему архиепископ, призвав своего архидиакона и нескольких почетных клириков, послал их к восточным воротам города, повелев им привести к нему с почетом двоих странников которых они там встретят. Они пошли и, встретив Василия с Еввулом, когда те входили в город, отвели их к архиепископу; тот, увидев их, удивился, ибо именно их он видел в сновидении, – и прославил Бога. Спросив их о том, откуда они идут и как называются и, узнав имена их, он повелел отвести их в трапезу и угостить, сам же, созвав клир свой и почетных горожан, рассказал им все, что поведано ему было в видении от Бога о Василии. Тогда клир единогласно сказал:

– Так как за добродетельную жизнь твою Бог указал тебе наследника твоего престола, то поступи с ним как тебе угодно; ибо поистине достоин всякого уважения тот человек, которого прямо указывает воля Божия.

Архиепископ призвал после сего к себе Василия и Еввула и начал рассуждать с ними о Писании, желая узнать, насколько они понимают его. Слыша их речи, он дивился глубине их премудрости и, оставив их у себя, относился к ним с особым почтением. Василий же, пребывая в Кесарии, вел такую же жизнь, какой он научился у многих подвижников, когда путешествовал по Египту, Палестине, Сирии и Месопотамии и присматривался к жившим в тех странах отцам-подвижникам. Так, подражая их жизни, он был добрым иноком и архиепископ Кесарии, Евсевий, поставил его пресвитером и руководителем иноков в Кесарии. Приняв сан пресвитера, святой Василий все время свое посвящал трудам сего служения, так что отказывался даже от переписки со своими прежними друзьями. Попечение об иноках, им собранных, проповедание слова Божиего, и другие пастырские заботы не позволяли ему отвлекаться к посторонним занятиям. При этом на новом поприще он скоро приобрел себе такое уважение, каким не пользовался и сам архиепископ, еще не довольно опытный в делах церковных, так как он избран был на престол Кесарийский из оглашенных. Но едва прошел год его пресвитерства, как епископ Евсевий начал по немощи человеческой завидовать и недоброжелательствовать Василию. Святой Василий, узнав о сем и не желая быть предметом зависти, ушёл в Ионийскую пустыню. В Ионийской пустыне Василий удалился к реке Ирису, – в местность, в которой прежде его уединились его мать Еммелия и сестра его Макрина, – и которая им и принадлежала. Макрина устроила тут монастырь. Вблизи его, при подошве высокой горы, покрытой частым лесом и орошаемой холодными и прозрачными водами, поселился Василий. Пустыня так была приятна Василию своим невозмутимым безмолвием, что он предполагал окончить здесь дни свои. Здесь он подражал подвигам тех великих мужей, которых видел в Сирии и Египте. Он подвизался в крайнем лишении, имея для покрытия себя одну одежду – срачицу и мантию; носил и власяницу, но только ночью, чтобы её было не видно; питался хлебом и водою, приправляя эту скудную пищу солью и кореньями. От строгого воздержания он сделался весьма бледен и тощ, и пришел в крайнее изнеможение. Никогда не ходил он в баню и не зажигал огня. Но Василий жил не для одного себя: он собрал в общежитие иноков; своими письмами привлек к себе в пустыню и друга своего Григория.

В своем уединений Василий и Григорий все делали вместе; вместе молились; оба оставили чтение мирских книг, за которыми прежде много тратили времени, и стали единственно заниматься Священным Писанием. Желая лучше изучить его, они читали сочинения предшествовавших им по времени отцов и писателей церковных, особенно Оригена. Здесь же Василий и Григорий, руководимые Святым Духом, написали уставы иноческого общежития, которыми иноки Восточной Церкви большею частью руководствуются и ныне.

В отношении к жизни телесной, Василий и Григорий находили удовольствие в терпении; работали своими руками, нося дрова, обтесывая камни, сажая и поливая деревья, таская навоз, возя тяжести, так что мозоли на руках их долго оставались. Жилище их не имело ни кровли, ни ворот; никогда не было там ни огня, ни дыма. Хлеб, который они ели, был так сух и худо пропечен, что его едва можно было жевать зубами.

Наступило, однако, время, когда оба, Василий и Григорий, должны были покинуть пустыню, так как их услуги были потребны для Церкви, которая в то время была возмущаема еретиками. Григория на помощь православным взял к себе в Назианз отец его, Григорий, человек уже старый и потому не имевший силы с твердостью бороться с еретиками; Василия же уговорил возвратиться к себе Евсевий, архиепископ Кесарийский, примирившийся с ним в письме и просивший его помочь Церкви, на которую ополчились ариане. Блаженный Василий, видя такую нужду Церкви и предпочитая ее пользе пустыннического жития, оставил уединение и пришел в Кесарию, где много потрудился, словами и сочинениями ограждая православную веру от ереси. Когда же преставился архиепископ Евсевий, на руках Василия предав дух свой Богу, то на престол архиепископский был возведен и посвящен собором епископов Василий. Среди тех епископов был и престарелый Григорий, отец Григория Назианзина. Будучи слаб и утружден старостью, он повелел препроводить его в Кесарию, чтобы убедить Василия принять архиепископство и воспрепятствовать возведению на престол кого-либо из ариан.

Еретики, называвшиеся докетами, учили, что Бог не мог воспринять на Себя немощной плоти человеческой, и что людям только казалось, будто Христос страдал и умер.

Ветхий Завет по преимуществу содержал в себе постановления, касавшиеся внешнего благоповедения человека.

Служба Обрезанию Господню, канон, на 4-й песни. – Святой Стефан Савваит – песнописец VIII века. Память его – 28-го октября.

Число семь в Священном писании означает полноту. Посему, чтобы обозначить всю долговременность жизни этого мира, святые отцы употребляли выражение семь веков или дней, а восьмой век или день, естественно, уже должен был обозначать жизнь будущую.

Кол. 2:14. Грех от среды т. е. грех стоял как препятствие, перегородка, отгораживая человека от Бога. Но потом грех был пригвожден ко кресту, т. е. лишился всякой силы и не мог уже препятствовать человеку войти в общение с Богом.

Гал. 4:19. Изобразится – в нас ясно отпечатлевается образ Христа, так что мы вполне будем достойны названия христиан.

Дощечка золотая, прикрепленная к главной повязке первосвященника, имела на себе начертание имени Божия (Иегова).

Каппадокия – провинция Римской империи, находилась на востоке Малой Азии и известна была во времена Василия Великого образованностью своих жителей. В конце XI века Каппадокия подпала под власть Турок и доселе принадлежит им. Кесария – главный город Каппадокии; церковь кесарийская издавна славилась образованностью своих архипастырей. Св. Григорий Богослов, здесь положивший начало своему образованию, называет Кесарию столицей просвещения.

Отец Василия, по имени также Василий, известный своей благотворительностью, был женат на знатной и богатой девушке Еммелии. От этого брака родились пять дочерей и пять сыновей. Старшая дочь – Макрина, после безвременной смерти своего жениха, осталась верною этому благополагавшемуся союзу, посвятив себя целомудрию (память ее 19 июля); другие сестры Василия вышли замуж. Из пяти братьев один умер в раннем детстве; три были епископами и причислены к лику святых; пятый погиб на охоте. Из оставшихся в живых старшим сыном был Василий, за ним следовал Григорий, впоследствии епископ Нисский (память его 10 января), и Петр, сначала простой подвижник, потом епископ Севастийский (память его 9 января). – Отец Василия, вероятно, незадолго перед кончиной принял сан священника, как об этом можно заключать из того, что Григорий Богослов называет мать Василия Великого супругой иерея.

Григорий Чудотворец, епископ Неокесарии (к северу от Кесарии Каппадокийской) составил символ веры и каноническое послание, а кроме того написал ещё несколько сочинений. Умер в 270 г., память его 17 ноября.

Неокесария – нынешний Никсар – знаменитая по своей красоте столица Понта Полемониака, на севере Малой Азии; особенно известна по происходившему там (в 315 г.) церковному собору. Ирис – река в Понте, берет начало на Антитавре.

Софисты – ученые, посвятившие себя преимущественно изучению и преподаванию красноречия. – Ливаний и впоследствии, когда уже Василий был епископом, поддерживал с ним письменные сношения.

Афины – главный город Греции, издавна привлекавший к себе цвет греческого ума и таланта. Здесь некогда жили известные философы – Сократ и Платон, а также поэты Эсхил, Софокл, Эврипид и др. – Под Эллинскою премудростью разумеется языческая ученость, языческое образование.

Проэресий, знаменитейший в то время учитель философии, был христианин, как это видно из того, что он закрыл свою школу, когда император Юлиан запретил христианам заниматься преподаванием философии. О том, какой религии держался Иберий, ничего неизвестно.

Григорий (Назианзин) был впоследствии некоторое время патриархом Константинопольским и известен своими высокими творениями, за который получил прозвание Богослова. Он был знаком с Василием еще в Кесарии, но близко подружился с ним только в Афинах. Память его 25 января.

Египет давно уже служил местом, где особенно развита была христианская подвижническая жизнь. Точно также там было великое множество христианских ученых, из которых самыми знаменитыми были Ориген и Климент Александрийский.

. Гомер – величайший греческий поэт, живший в IX в. до Р. Хр.; написал знаменитые поэмы: «Илиаду» и «Одиссею».

Т. е. не пришло еще время заменить философию и языческую религию верою христианской. Ливаний так и умер язычником (около 391 года, в Антиохии).

Древние христиане очень поздно принимали св. крещение – отчасти по смирению, отчасти в том соображении, что, окрестившись незадолго перед кончиною, получат в крещении прощение всех грехов своих.

Василию Великому принадлежит много сочинений. Как все действия св. Василия отличались необыкновенным величием и важностью, так и все сочинения его запечатлены тем же характером высоты и величия христианского. В своих творениях он является и проповедником, и догматистом-полемиком, и толкователем Св. Писания, и учителем нравственности и благочестия и, наконец, устроителем церковного богослужения. Из бесед его, по силе и одушевлению, считаются лучшими: против ростовщиков, против пьянства и роскоши, о славе, о голоде. В своих письмах св. Василий живо изображает события своего времени; многие из писем содержат превосходные наставления о любви, кротости, прощении обид, о воспитании детей, против скупости и гордости богатых против напрасной клятвы или же с духовными советами для иноков. Как догматист и полемик он является пред нами в своих трех книгах, написанных против арианского лжеучителя Евномия, в сочинении против Савелия и Аномеев о божестве Св. Духа. Сверх того, Василий Великий писал особую книгу о Святом Духе против Аэтия, поборником которого был и Евномий. К догматическим сочинениям относятся также некоторые беседы и письма св. Василия. Как толкователь Св. Писания, особую известность стяжал себе св. Василий девятью беседами на «Шестоднев», где он показал себя знатоком не только Слова Божиего, но и философии и естествознания. Известны также его беседы на псалмы и на 16 глав книги прор. Исайи. Беседы как на Шестоднев так и на псалмы, говорены были в храме и потому наряду с изъяснением заключают в себе увещания, утешения и поучения. Учения благочестия касался он в своем знаменитом «наставлении юношам как пользоваться языческими писателями», и в двух книгах о подвижничестве. К каноническим сочинениям относятся послания Василия Великого к некоторым епископам. – Григорий Богослов так отзывается о достоинстве творений Василия Великого: «Везде одно и величайшее услаждение – это писания и творения Васильевы. После него не нужно писателям иного богатства, кроме его писаний. Вместо всех – один он стал достаточен учащимся для образования». «Кто хочет быть отличным гражданским оратором, – говорит ученый патриарх Фотий, – тому не нужен ни Демосфен, ни Платон, если только он принял себе за образец и изучает слова Василия. Во всех словах своих св. Василий превосходен. Он особенно владеет языком чистым, изящным, величественным; в порядке мыслей за ним первое место. Убедительность соединяет он с приятностью и ясностью». Святой Григорий Богослов так говорит о познаниях и писаниях святого Василия: «Кто больше Василия просветился светом ведения, прозрел в глубины Духа, и с Богом исследовал все, что ведомо о Боге? В Василии красотою была добродетель, величием – Богословие, шествием – непрестанное стремление и восхождение к Богу, силою – сеяние и раздаяние слова. И потому мне не коснея можно сказать: по всей земле прошел голос их, и до пределов вселенной слова их, и в концы вселенным глаголы его, что св. Павел сказал об апостолах (Римл. 10, 18)… – Когда имею в руках его Шестоднев и произношу устно: тогда беседую с Творцом, постигаю законы творения и дивлюсь Творцу более, нежели прежде – имев своим наставником одно зрение. Когда имею пред собою его обличительные слова на лжеучителей: тогда вижу содомский огнь, которым испепеляются лукавые и беззаконные языки. Когда читаю слова о Духе: тогда Бога, Которого имею, обретаю вновь и чувствую в себе дерзновение вещать истину, восходя по степеням его Богословия и созерцания. Когда читаю прочие его толкования, которые он уясняет и для людей малозрящих: тогда убеждаюсь не останавливаться на одной букве, и смотреть не на поверхность только, но простираться далее, из одной глубины поступать в новую, призывая бездною бездну и приобретая светом свет, пока не достигну высшего смысла. Когда займусь его похвалами подвижникам, тогда забываю тело, беседую с похваляемыми, возбуждаюсь к подвигу. Когда читаю нравственные и деятельные его слова: тогда очищаюсь в душе и теле, делаюсь благоугодным для Бога храмом, органом, в который ударяет Дух песнословцем Божией славы и Божиего могущества, и чрез то преобразуюсь, прихожу в благоустройство, из одного человека делаюсь другим, изменяюсь Божественным изменением» (Надгробное слово Григория Богослова св. Василию).

Евсевий был взят на кафедру епископа, по требованию народа, прямо с гражданской службы и потому не мог иметь особого авторитета как богослов и учитель веры.

Одним из важнейших его занятий в это время было проповедание слова Божиего. Часто он проповедовал не только каждодневно, но и по два раза в день, утром и вечером. Иногда после проповеди в одной церкви, он приходил проповедовать в другой. В своих поучениях Василий живо и убедительно для ума и сердца раскрывал красоту добродетелей христианских и обличал гнусность пороков; предлагал побуждения стремиться к первым удаляться последних и всем указывал пути к достижению совершенства, так как сам был опытный подвижник. Самые толкования его направлены, прежде всего, к духовному назиданию его слушателей. Объясняет ли он историю миротворения, – он поставляет себе целью, во-первых, показать, что «мир есть училище Боговедения» (беседа 1-я на Шестоднев), и чрез то возбудить в своих слушателях благоговение к премудрости и благости Творца, раскрывающимся в Его творениях, малых и великих, прекрасных, разнообразных, бесчисленных. Во-вторых, он хочет показать, как природа всегда учит человека доброму нравственному житию. Образ жизни, свойства, привычки четвероногих животных, птиц, рыб пресмыкающихся, все, – даже былое однодневное, – подает ему случай к извлечению назидательных уроков для господина земли – человека. Объясняет ли он книгу Псалмов, которая, по его выражению, совмещает в себе все, что есть полезного в других: и пророчества, и историю, и назидание, – он преимущественно прилагает изречения Псалмопевца к жизни, к деятельности христианина.

Понт – область в Малой Азии, по южному берегу Черного моря, невдалеке от Неокесарии. Пустыня Понтийская была бесплодна, и климат её был далеко не благоприятен для здоровья. Хижина, в которой здесь жил Василий, не имела ни крепких дверей, ни настоящего очага, ни кровли. За трапезой подавалось, правда, какое-то горячее кушанье, но, по словам Григория Богослова, с таким хлебом, по кускам которого, от крайней его черствости, зубы сначала скользили, а потом вязли в них. Кроме общих молитв, чтения св. Писания, ученых трудов Василий Великий и Григорий Богослов и другие тамошние иноки занимались здесь сами носкою дров, тесанием камней, уходом за огородными овощами, и сами на себе возили огромную телегу с навозом.

Правила эти служили и служат руководством для жизни иноков всего Востока и, в частности, для наших русских иноков. В своих правилах Василий отдает преимущество общежительной жизни пред отшельнической и уединенной, так как, живя вместе с другими, инок имеет более возможности служить делу христианской любви. Василий устанавливает для иноков обязанность беспрекословного послушания настоятелю, предписывает быть гостеприимными по отношению к странникам, хотя запрещает подавать им особые кушанья. Пост, молитва и постоянный труд – вот чем должны заниматься иноки, по правилам Василия, причем, однако, они не должны забывать и о нуждах окружающих их несчастных и больных, нуждающихся в уходе.

Еретики-ариане учили, что Христос был существо сотворенное, не вечно сущее и не одной и той же природы с Богом Отцом. Имя свое эта ересь получила от пресвитера Александрийской церкви Ария, который начал проповедовать эти мысли в 319-м году.

В издательстве нашего монастыря опубликована новая книга«Житие священномученика Вениамина (Казанского), митрополита Петроградского и Гдовского, и иже с ним пострадавших преподобномученика Сергия (Шеина), мучеников Юрия Новицкого и Иоанна Ковшарова» .

В новой книге известного русского агиографа архимандрита Дамаскина (Орловского) читателю предлагается житие митропо-лита Петроградского Вениамина (Казанского) — одного из первых святителей-священномучеников, не погрешивших своей душой, ни совестью во время начавшихся гонений и отдавших свою жизнь за Христа и Его Церковь.

Г ос-подь ждет: ку-да скло-нит-ся на-ше серд-це - сох-ра-нит вер-ность Ему или пре-даст Его из-за вре-мен-ной слас-ти гре-ха. Ска-за-ли свя-тые от-цы: „От-се-ки по-мы-сл - от-се-чешь и все". Очень важ-но пом-нить, что вся-ким сог-ла-си-ем с гре-хом, а че-рез грех и с бе-са-ми, мы пре-да-ем Гос-по-да, пре-да-ем Его за мер-зо-ст-ную це-ну гре-ха. Ко-го и на что мы про-ме-ни-ва-ем?! Лич-ное не-сог-ла-сие на грех и борь-ба про-тив не-го мо-лит-вою и ис-по-ведью - не-об-хо-ди-мы.

все поучения →

Расписание Богослужений

март ← →

пн вт ср чт пт сб вс
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 16
23
30

Завтра, 14 марта1 марта ст. ст.

Казанский и Введенский храмы

Полунощница, утреня, 1, 3, 6, 9 часы, изобразительны, вечерня

Казанский храм и Введенский храмы

Великое повечерие. Великий канон

Последний фотоальбом

Сретение Господне

Видео

Духовные беседы с паломниками

все видеоролики →

Чтение святых отцов

Старцы советуют читать и перечитывать творения свя-тых отцов. Они глубоки и понимаются постепенно. Пред-мет их — духовная жизнь, а она обширна: «широка запо-ведь Твоя зело». Духовному росту предела нет, поэтому перечитывание имеет огромное значение. Лучше с благо-говением и вниманием перечитывать небольшое количе-ство книг, нежели многое читать наскоро. Чтение одно из самых необходимых деланий. Без чтения или слушания чтения нельзя узнать истину. Говоря о чте-нии, разумею исключительно чтение Священного Писания и писаний отеческих и церковных. Но чтение только тогда будет приносить желаемую пользу, когда читаемое будет по мере сил и возможности входить в жизнь, становиться правилом жизни, а не простым голым, бездушным и хо-лодным знанием. Какая может быть польза, что человек знает, что нужно молиться, и не молится, знает, что нужно прощать обиды, и не прощает, знает, что нужно поститься, и не соблюдает постов, нужно терпеть, и не терпит и т. д. Такое знание, по слову Евангелия, будет даже в осужде-ние человеку. Поэтому нужно читать со вниманием и ста-раться жить по духу того, что читаешь. Конечно, сразу стать исполнителем всего, что написано, мы не можем — нужна постепенность. Вначале понуждение себя и смире-ние, сознание своей немощи, тогда знание, получаемое от чтения, будет приносить желаемую пользу. Вообще, все книги и писания святых отцов и истинных учителей Церкви о духовной жизни, а в особенности пи-сания о молитве, надо читать с крайним вниманием, не спеша, вникая по силе своей умом в каждое изречение, каждое слово, дабы не упустить чего-либо необходимого, дабы не дать себе повода к неправильному, произвольному пониманию и толкованию читаемого. Духовная жизнь и подвиг молитвы имеют свои законы, свою последова-тельность; их надо изучить и понять, усвоить уму и сердцу. Самочиние, самомышление здесь места не должны иметь, они приводят человека в заблуждение. Малое по внешно-сти уклонение или неточности приводят иногда к большим ошибкам и заблуждениям, имеющим горькие плоды и по-следствия. Если что-либо кажется непонятным, неясным, то надо спросить у знающего, если имеешь такого человека, а если не имеешь, то пусть это остается до времени непо-нятным; не пытайся понять своим умом. В свое время Господь пошлет вразумление; хорошо о сем говорит свя-титель Тихон Задонский. Старцы советуют читать и перечитывать книги святых отцов. Писания святых отцов заключают в себе истину духовной жизни и мудрости, всегда доставляют читающему их утешение и вразумление и подкрепление духовное! Они никогда не могут потерять своей жизненности, ибо духов-ная жизнь, в них изложенная, навсегда имеет свои законы неизменяемые. Они (писания) понимаются и усваиваются постепенно, по мере духовного роста читающего и подви-зающегося, по мере получения разумения от их пережи-вания и личных опытов. Между прочим, последнее являет-ся одной из причин необходимости перечитывания писаний отеческих. И советуется перечитывать их так: если человек видит, что на него нападает, например, страсть гнева, то читать советуется об этой страсти и противоположной ей добродетели, если нападает злоба, то читать о злобе и любви, если нападает блуд, то читать о блудной страсти и целомудрии и т. д. Удрученному скорбью полезно читать о пользе и необходимости скорбей и т. д. Замечено, что особо сильное впечатление производит на душу то, что ей в данное время потребно, как запрет читать книги под-ряд. Желающие и имеющие на то возможность пусть чи-тают каждую книгу подряд. Это даже необходимо для получения цельного впечатления и понятия о писаниях и учении того или иного святого отца. А данным советом можно пользоваться по мере своей душевной нужды в том или ином чтении. Лучше всего, если на то имеется воз-можность, на каждое чтение получать благословение ду-ховного отца. При неимении такой возможности нужно получить хотя бы общее благословение на порядок и вы-бор книг для чтения (преп. Никон).

О чтении книг отеческих я не могу дать точного на-значения; оные писаны не по ученой системе, а просто о различных страстях и добродетелях, как противиться пер-вым и стяжавать последние. Есть и высокие предметы для совершенных. Ты, читая книги, что доступно твоему уму и приличествует к твоему устроению, то и усваивай себе, а что превышает твое понятие, то, прочитав, оставляй так, не вникая в глубину разумения: оно по времени может от-крыться, для младенцев твердая пища неудобна. Книги чи-тай с начала начиная, продолжай сряду, но не все одну, а утром в одной прочти, вечером в другой; читайте не для любознательности, а для научения благочестию и познания своей немощи, а от сего к смирению приходите (преп. Макарий).

Читайте отеческие книги и занимайтесь их учением, оно пригодится к познанию своей немощи и к приобретению смирения, терпения и любви и вразумляет нас, как противиться страстям, как очищать сердце свое от сего терния и насаждать добродетели (преп. Макарий).

Они <святые отцы> не просто от ума писали, но прежде делом прошли многие скорби и болезни и нам оставили, как богатое наследие и как хранилище надеж-ды, — богодухновенные свои словеса, а мы, воссылая бла-годарение Господу, даровавшему нам сей дар, будем поуча-ться в них и, в случае нужды, прилагать к язвам нашим, как целительный бальзам... (преп. Макарий).

Книги читать сестрам, смотря по устроению каждой, но более надобно давать читать деятельные, а не умозри-тельные, как то: святых Ефрема, Аввы Дорофея, препо-добного Иоанна Лествичника, Пролога и жития святых от-цов; и смотреть от них плода — познания своей немощи и смирения, а не того, что — все знаю, и в случае беседы оспаривать других. А далее Господь Сам даст им разум истинный, который стяжавается от смирения; и сколько оное приносит пользы, столько, напротив, возношение повреждает, что видели сами на опыте на многих (преп. Макарий).

Книги читать нравственные, то есть деятельные, отно-сящиеся до жизни христианской, можешь столько, сколько время позволит при занятиях общежительных; умозритель-ные, т.е. созерцательные, нам еще недоступны; созерца-тельная жизнь бывает по очищении себя заповедями Хрис-товыми, а оной сама благодать научает. В отеческих учениях называется: «деяние и видение». Деяние — заповеди, а ви-дение — созерцание умом таинств, не подлежащих чув-ствам; искать сего отнюдь не должно, дабы вместо истины не подпасть прелести (преп. Макарий).

Вы поверяйте свою совесть и руководствуйтесь уче-нием святых отцов, прошедших путь иноческой жизни и житием и учением своим оставивших нам пример. В учении их мы видим, как поступать и проходить путь жизни, иметь борьбу со страстями... (преп. Макарий).

Пишешь, что некоторых мест из книги Иоанна Лест-вичника не понимаешь; довольствуйся тем, что понимаешь, и старайся о исполнении, а далее и прочее откроется (преп. Макарий).

Что читала в отеческих книгах и о чем устно бесе-довали, старайся проходить искусом или опытом, и паче всего с отвержением себя, в отвержении своей воли и разу-ма состоящем, и в оставлении своих хотений... (преп. Ма-карий).

Читайте отеческие книги; в их учении найдете себе вразумление и укрепление (преп. Макарий).

Прошу вас, Бога ради, читайте слово Божие и отечес-кие наставления почаще, обрящете пользу, найдете там, что один путь к спокойствию — терпение и смирение (преп. Макарий).

Достань книгу «Поучения Аввы Дорофея»... Эту кни-гу читай постоянно, прилагая к себе уроки нравственности и стараясь по ним исправлять и направлять жизнь свою. Наши покойные старцы называли книгу эту азбукою мо-нашеской жизни (преп. Иосиф).

Что книгу Аввы Дорофея читаешь, это хорошо. Дай Бог, чтобы благой плод принесло чтение. Старайся вникать в то, что там писано, там все удобопонятно, и если хочешь, то и легко приложимо к жизни. А если трудно дается, то потому, что в первый раз читаешь. Будешь поприлежнее читать, будешь и лучше понимать... Также полезно про-честь и «Лествицу» преподобного Иоанна, а на недостатки не смущайся, а старайся себя укорять за них, приносить в них покаяние и смиряться больше (преп. Иосиф).

Батюшка сказал... что о. Макарий, великий старец, через каждые три года перечитывал Авву Дорофея и «Ле-ствицу» и находил в них все новое и новое, ибо рос ду-ховно (преп. Варсонофий).

Авва Дорофей — это азбука монашеской жизни, хотя, читая ее, можно открывать все новое и новое, и для каждого она является сообразной его состоянию... Она имеет берег, а от берега можно ходить сначала по коле-но, потом глубже и глубже. Иной раз сразу в глубину... (преп. Варсонофий).

Вопрос: «Батюшка, я вот замечал, что чтение книг безбожных и вообще несогласных с моим миросозерцанием, хотя и не изменяет моих взглядов, но все-таки после этих книг остается какой-то осадок». Ответ: «Да... святые отцы и наши старцы советовали читать книги своего направления и чтением еще больше укреплять и развивать свое убеждение...» (преп. Варсо-нофий).

Это хорошо вы сделали, что стали читать эту книгу <«Отечник» епископа Игнатия>. Она составлена так: епископ Игнатий выписывал то, что отвечало на волную-щие иноческие вопросы. С этой стороны этот труд его незаменим. Многие недоумения, долго волновавшие ко-го-нибудь, сразу разрешаются какой-нибудь выпиской (преп. Варсонофий).

Я очень утешаюсь сочинениями епископа Игнатия. Не знаю, как благодарить Господа и батюшку, что имею такое сокровище... Удивляюсь ангельскому уму епископа Игна-тия, его дивно глубокому разумению Священного Писа-ния... Я чувствую особенное расположение к его сочи-нениям. Они просвещают мое сердце, мой разум истинно евангельским светом (преп. Никон).

Творения преподобного Исаака Сирина лучше читать в русском переводе. Его сочинения, с весьма глубоким со-держанием, надо читать с осторожностью. То, что там ска-зано для новоначальных, в наше время доступно только преуспевшим в духовной жизни, а многое и совсем нельзя применить. Такие книги, как творения преподобного Исаа-ка, надо читать не для того, чтобы применять к себе, а для настроения. Иначе может быть очень плохо. В самомне-ние, в прелесть можно впасть и повредиться. И надо целиком брать все сочинение или статью, смотреть надо на целое. Так и сказано у Исаака Сирина, что его учение в целом надо брать... Лучше читать что проще, понятнее, например: Авву Дорофея, «Лествицу», Феодора Студита, Кассиана Римлянина и другие (преп. Никон).

Читая духовные книги без указания, вы опасаетесь, как бы вам не впасть в какие-либо неправильные мысли и неправильные мнения. Опасение ваше весьма основатель-но. Поэтому, если не хотите пострадать такого бедствия душевного, не читайте без разбора всякие новые сочине-ния, хотя бы и духовного содержания, но таких сочини-телей, которые не подтвердили своего учения святостью жизни, а читайте творения таких отцов, которые признаны Православною Церковью за твердо известные и, без сомне-ния, назидательные и душеспасительные (преп. Амвросий).

Чтобы не потерять твердое Православие, возьмите в руководство себе и детям своим книгу «Православное исповедание» Петра Могилы. Рассмотрите ее со вниманием и со тщанием и написанное там содержите в памяти твердо, чтобы и самим хорошо знать дело своего спасения, и знать, что нужно сказать и указать детям в приличное время. Второю книгой в этом роде да будет «Летопись» или 4-я часть творений святителя Димитрия Ростовского. За нею и прочие части его творений читайте не только для руко-водства относительно правых мнений и разумений, но и для руководства в самой жизни, что знать и уметь, как когда должно поступить чисто по-христиански, согласно православным постановлениям. Для этой же цели читайте книгу Аввы Дорофея, которую по справедливости назы-вают зеркалом души. Зеркало это покажет каждому не только его действия, но и самые движения сердечные. В посты, и особенно во дни говения, прилично и полезно читать творения Ефрема Сирина в русском переводе, вы-бирая главы о покаянии (преп. Амвросий).

Чтобы более утвердиться в православных понятиях, со-ветовал бы я вам прочитать со вниманием и со тщанием все творения нового угодника Божия святителя Тихона Задонского. Слог их хотя и тяжел, но вы при чтении старайтесь обращать внимание ваше более на мысли и на предлагаемые христианские правила. Чтение двух русских светил, святителя Димитрия Ростовского и святителя Ти-хона Задонского, многое вам разъяснит и много вас утвер-дит. К этому прибавьте и слова апостола Павла: «Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь; ибо хорошо благодатью укреплять сердца, а не яствами, от которых не получили пользы занимающиеся ими» (Евр.13, 9). И в другом месте: «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал.1, 8). Крепко держитесь за это свидетельство и не соглашайтесь принимать никаких новых учений, как бы благовидны они ни были, подражая хорошо знающему все признаки и приметы чистого серебра, который скоро при-мечает примесь всякой лигатуры и не чистое серебро отвергает. Подобно и вы отвергайте всякое учение, где заметите хоть мало лигатуры различных человеческих мне-ний, которые взимаются на разум Божий (2Кор. 10, 5). Утвердившись в православном учении, сперва читайте все духовные журналы, с означенным разбором, и изберите потом, который более придется по духу вашему (преп. Амвросий).

Пишешь еще и спрашиваешь, почему преосвященный Феофан не одобрял сочинений преосвященного Игнатия Брянчанинова. Я всех его сочинений не читал, а помню неточное приведение им мест из писаний святых отцов. Например, в «Добротолюбии» у Симеона Нового Богослова говорится в третьем образе внимания молитвы о послу-шании к старцу и духовному отцу, без которого неудобно спасаться молитвою Иисусовою, а преосвященный Игна-тий отнес это к простому общему монастырскому послу-шанию, а ты ведь и сама знаешь, какое великое различие между тем и другим послушанием. Должно быть, препо-добный Феофан нашел и много других неточно приведен-ных мест у преподобного Игнатия. Впрочем, «Слово о смерти» хорошо им написано, также неплохо разъясняет-ся им прелесть ума и прелесть сердца (преп. Амвросий).

О чтении отеческих книг не заботься, когда внутреннее чувство к тому не преклоняется. Глаголет некто: стяжи Бога в себе, и не востребуеши книги (преп. Амвросий).

Чтение духовных книг

Читая духовные книги, прилагайте более к себе, а не к другим в оных написанное, а иначе вместо того, чтобы при-ложить пластырь к своим язвам, налагаете вредный яд, и более оные <раны> растворяются (преп. Макарий).

Жажда твоя к чтению книг духовных похвальна, но только не надо ограничиваться одним чтением, а про-стираться и на делание; а делать надобно все со смирени-ем. От чтения же и та польза бывает, что, видя высоту жительства и познавая свою немощь, невольно должна сми-ряться и сим привлекать на себя благодать Божию и по-мощь в делах наших. Однако не надобно высокомудрствовать, что ты читаешь (преп. Макарий).

Чтение духовных книг советую вам не оставлять, ибо бывает иногда и одна строка, прочитанная в добрый час, оценится дороже всего годового издания и останется на-всегда в памяти (преп. Антоний).

Усердно прошу вас, как искреннего друга, не набивать головы своей пустошью и вздором, но употребить память свою на прочтение книг, наиболее духовных и назидательных (преп. Антоний).

Ничто столько не утешало душу мою, и не успокаи-вало ее, как всегдашнее чтение книг духовных, которые попеременно я прочитывал, а некоторые места, замечая, и повторял, дабы долее в памяти моей могли сохраниться. Ибо и овечки, по насыщении своем, обыкновенно прежнюю пищу пережевывают, подая тем пример, дабы и мы, вкушая нетленную пищу, то есть, читая или слушая слово Божие, оное почаще пережевывали, сиречь со вниманием и рассуждением в памяти своей слышанное обносили и нрав-ственность свою поправляли (преп. Антоний).

Лучшим руководством будет для вас чтение жития свя-тых (преп. Варсонофий).

Жития святых представляют незаменимое чтение, которое так благотворно действует на душу, особенно чита-емое на славянском языке. В настоящее время часто сла-вянский язык не понимают, а между тем, он гораздо краси-вее и богаче русского языка. Один знаток сравнивает славянский язык с русским и говорит, что между ними такая же разница, как между дворцом и трактиром... В миру чтение житий святых, а особенно на славянском языке, совсем оставили, вы же не следуйте обычаям века сего, а занимайтесь этим спасительным чтением (преп. Варсонофий).

Посылаю вам... три брошюрки: 1) советы ума своей душе, 2) о вещах, возбраняющих ко спасению, с душепо-лезными беседами блаженного старца Зосимы и 3) толкование на «Господи помилуй». Объем этих книжечек по видимому очень малый, но содержание их велико, весьма велико. В них, хотя кратко, но ясно и практически изложено, как должен всякий христианин евангельское учение при-способлять к образу своей жизни, чтобы получить милость Божию и наследовать вечное блаженство. ...Прочитывать в каждую неделю хоть по одной из этих книжиц и таким образом делать в каждый месяц, потому что сказанное в этих духовных книжках долго не удерживает-ся в памяти. А почему не удерживается, объявил причину нам покойный 80-летний старец, архимандрит Моисей, ска-зав вопрошавшему о сем: «книги эти дела требуют» (преп. Амвросий).

Написали вы, что N. ваш, кроме Евангелия, других книг богословского содержания не признает и считает их, как и современные проповеди священников в церкви, излишним повторением и искажением евангельского учения. Почему же? Не потому ли, что вовсе не читает духовной литерату-ры и не слушает проповедей. Но в таком случае можно ли правильно судить о достоинстве духовно-нравственных со-чинений? Ведь наизусть, т. е. не заглядывая в книгу, одни только нищие Лазаря поют. А N. вашему, много думающе-му о себе, стыдно так укоризненно отзываться о духовной литературе без всяких фактических доказательств (преп. Амвросий).

Чудеса

Вы видите в N. своем противоречие самому себе. Это сущая правда. В самом деле, в евангельские чудеса Хрис-товы не верит, а причащается Святых Христовых Тайн. Между тем как Святая Евхаристия есть первейшее, важ-нейшее и величайшее чудо Христово, а прочие евангель-ские чудеса уже второстепенные. Ибо как не назвать величайшим чудом то, что простой хлеб и простое вино, раз непосредственно пресуществленное Господом в истинное Тело и в истинную Кровь Его, вот уже почти две тысячи лет, по молитвам иереев, следовательно, уже людей обык-новенных, не престают пресуществляться точно таким же образом, производя чудное изменение в людях, причащаю-щихся сих Божественных Тайн с верою и смирением (преп. Амвросий).

N. ваш евангельские чудеса Христовы приписывает гипнотическим и телепатическим явлениям и называет их фокусами. Но между чудесами евангельскими и фокусами неизмеримое различие. И во-первых, они различаются между собою по своему значению. Чудеса Христовы, буду-чи делами необыкновенными, в то же время были величай-шими благодеяниями страждущему человечеству. В самом деле, исцелить слепорожденного, сухорукого, воскресить мертвого не суть ли все это величайшие благодеяния. Недаром и Апостол выразился о Господе Иисусе Христе так: «и Он ходил, благотворя и исцеляя всех, обладаемых диаволом» (Деян.10, 38). И эти чудесные благодеяния Христовы производили благотворнейшее влияние на благо-детельствуемых Господом людей. Например, по исцелении слепорожденного Господь, нашедши его, сказал ему: «ты веруешь ли в Сына Божия? — А кто Он, Господи, чтобы мне веровать в Него» (Ин. 9, 35—36), возразил тот. Гос-подь же сказал ему: «и ты видел Его, и Он говорит с тобою» (Ин. 9, 37). Исцеленный же сказал: «верую, Гос-поди! И поклонился Ему» (Ин. 9, 38). А при представлении фокусов что мы видим? Фокус-ник занят корыстною целью, заботится только о своей наживе, как побольше собрать денег со зрителей, а зрители посмотрят, позевают, скажут: «да, это удивительно», — и затем пойдут прочь с пустыми карманами. А сколько при сем бывает соблазнительных речей и взглядов. А уже о мыслях скверных и толковать нечего. Во-вторых, чудеса Христовы были истинными чуде-сами. Например, воскресить четверодневного мертвеца (Лазаря), у которого тело уже стало разлагаться, разве это фокус? И какой гипнотист или телепатист может сде-лать что-либо подобное сему? А фокусы — обман, это уже давно всем известно (преп. Амвросий).

Шахматы

Шахматная игра служит для потери времени, кото-рое и без оной игры теряется у нас немало... (преп. Антоний).

Шутки

Шутки неприличны в нашем звании, надобно вперед этого не делать — и молиться Богу с покаянием: «безза-кония моя аз знаю, и грех мой предо мною есть выну...» (Пс. 50, 5). Когда будем помнить грехи наши, то не впа-дем в новые (преп. Макарий).

Юродство

Ты просто угорела! И тошно ей! И трудно жить на земле! И юродствовать желает! И уйти в другой мона-стырь! Хоть бы он там какой был! Смирись!.. Батюшка велел тебе сказать, что «юродствуют святые», т. е. этим людям слишком мало скорбей между братьями, и они отыскивают их в мирском многолюдстве! (преп. Анато-лий).

Твое рассуждение о том, что не следует доверять всем юродивым, потому что многие из них находятся в прелести и других обманывают своим мнимым юродством, но что также не следует и осуждать их — согласно с истиною (преп. Иларион).

Ябедничество

На что ты жалуешься, на то самое жаловались прежде на тебя, что ты много без надобности передавала М., что видишь или слышишь и иногда неверно, а как тебе показа-лось; за это на тебя скорбели, и теперь исполняется слово: что сеем, то и пожнем... (преп. Амвросий).

Язык

У иных людей язык бывает тростью Святого Духа, т. е. назидательным и утешительным, а у других — язык про-износит слова диавольские, раздражительные, до болезни расстраивающие слушающих. Что самое (не в укоризну сказать) замечал я нередко и в словах Т. В., о чем и жалел всегда, а поправить его не находил никакой воз-можности, ибо всякое стороннее слово принимал он для себя в дурную сторону. А потому нет нам иного средства к ограждению себя, кроме одной молитвы ко Господу (преп. Антоний).

Польза наша бывает не от количества слов, а от качества. Иногда и много говорится, а слушать нечего, а в другое время и одно услышишь слово, и оно остается на всю жизнь в памяти (преп. Антоний).

Если взять в размышление один свой язык, то сколь-ко им произнесено было зла — хулы на Бога, осуждения на ближних, ропота, насмешек, кощунства, болтовни, брани, божбы и прочее и прочее! И проходит ли в году хотя один день, в который бы мы языком своим не согрешили, забывая о том, что за каждое праздное слово ответ отдадим Богу. Посему Господь Бог, промышляющий о нашем исправле-нии и спасении, и посылает скорби, от которых человек не только празднословить, но и дельное говорить затрудняется (преп. Антоний).

Ярость

Вы, N. N.. чрез сии случаи впадая в ярость, понимае-те, что это происходит от самолюбия, и не быв в состоя-нии бороться или каяться, впадаете в малодушие и уныние, а это тоже есть от самолюбия или духовной гордости: вы, не видя в себе исправления, падаете духом и унываете, а надобно бы, видя свою нищету в духовном делании и в неисполнении заповедей, смириться и приносить покаяние, тогда милость Божия посетит вас и дарует вам успокое-ние: «Бог на смиренныя призирает»(Ср.: Пс. 112, 6) (преп. Макарий).

© 2024 ongun.ru
Энциклопедия по отоплению, газоснабжению, канализации